Газета "Бизнес-Адвокат" содержание выпусков:
№№ 2004, 2003, 2002 гг.
Rambler's Top100

Поиск по сайту:

РЕКЛАМА

Rambler
Яндекс цитирования



ГАЗЕТА "БИЗНЕС АДВОКАТ" СТАТЬИ:

БА № 23, 2006 :: ЧТО-ТО БЫЛО НЕДАВНО. ЧТО-ТО БЫЛО ДАВНО
«ХОЛОДОВЫ ПРОТИВ РОССИИ»: ВРЕМЕННАЯ ЮРИСДИКЦИЯ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ВНОВЬ ПОШЛА НА УБЫЛЬ

Немалый сюрприз всем людям доброй воли, систематически возвышающим свой голос в защиту свободы прессы в нашей стране, преподнес Европейский Суд по правам человека. Незадолго до нашумевшего убийства журналистки Анны Политковской стало известно, что первая секция признала неприемлемой со ссылкой на принцип ratione temporis жалобу родителей журналиста Дмитрия Холодова, убитого 12 лет назад в связи с исполнением профессионального долга. Комментарий, за которым мы обратились к председателю ЕСПЧ Л. ВИЛЬДХАБЕРУ по поводу любопытного решения секции, отличался похвальным лаконизмом.

Высокопоставленный юрист указал, что трагедия имела место задолго до присоединения России к Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Он также выразил убеждение, что продолжающимся нарушением не может считаться уклонение от эффективного расследования обстоятельств убийства, которого не было как до, так и после присоединения России к Конвенции (судя по тому, что обвиняемые вчистую оправданы и даже понемногу взыскивают с матери-родины кое-какие денежные средства в счет причиненных им неудобств). Г-н Вильдхабер предложил также заинтересованным лицам внимательно изучить текст решения о неприемлемости, поскольку там имеются ответы на все возникающие в связи с этим вопросы. Советом стоит воспользоваться – не только потому, что мотивировка немногословного решения об отсутствии претензий к России тяготеет по своему объему к процессуальным актам относительно кражи кур (с доводами заявителей о предполагаемом нарушении ст. ст. 2 и 13 Конвенции секция расправилась всего в 32 строчках). На сайте Суда есть ответы не только на этот, но и на многие другие вытекающие из него вопросы.
Само по себе убийство журналиста Холодова в октябре 1994 г., безусловно, выпадает из юрисдикции Суда, который вправе рассматривать жалобы на действия (бездействие) российских властей, имевшие место не ранее 5 мая 1998 г. Однако практика ЕСПЧ не упускает из виду обязанность государств – участников Конвенции в случае нарушения права граждан на жизнь провести эффективное расследование обстоятельств трагедии вне зависимости от того, кто виновен в гибели потерпевшего – само социальное государство или рядовые преступники. Такая обязанность вытекает из ст. 1, предписывающей государствам-участникам обеспечить каждому человеку, находящемуся под их юрисдикцией, права и свободы, определенные в разделе I Конвенции.
Известно, что проверка соблюдения обоих критериев (посягательство на жизнь и его расследование властями) осуществляется Судом обособленно. Случается, что ответственность на государство возлагается именно за отсутствие эффективного расследования, хотя оно не признается нарушителем в связи с самим фактом убийства (см.: Постановление по делу «Экинджи против Турции» от 16 июля 2002 г. // «БА». 2002. № 22). Возможен и противоположный сценарий, когда власти активно и старательно проводят расследование ретивости спецслужб (без разговоров перестрелявших террористов), которое удостоено самой высокой оценки Европейского Суда, однако сам расстрел расходится с нормами ст. 2 (Постановление по делу «Макканн и другие против Соединенного Королевства» от 27 сентября 2002 г. // «БА». 2003. № 5). Но в любом случае эффективность расследования обязательно проверяется при рассмотрении жалоб на нарушение ст. 2.
Продолжающийся характер правонарушения учитывается Судом во многих делах, например в жалобах на неисполнение судебного акта (см.: Постановление по делу «Бурдов против России» от 7 мая 2002 г. // «Домашний адвокат». 2002. № 11), если решение, вынесенное в пользу гражданина, игнорировалось властями не только до присоединения к Конвенции, но и после этого события. Почему же продолжающееся по сей день бездействие властей в расследовании убийства, положившего начало наступлению на свободу печати, не принято Судом во внимание?

А БЫЛ ЛИ МАЛЬЧИК?

В деле Холодовых секция заметно отошла от неписаного правила толкования Конвенции в интересах граждан и общества в целом. Указав, что «в соответствии с общепризнанными нормами международного права Конвенция применяется к фактам, имевшим место после ее вступления в силу для данной Стороны», она признала, что «расследование гибели г-на Дмитрия Холодова и суд над предполагаемыми злоумышленниками, по-видимому, продолжались уже после ратификации Конвенции Россией». Однако последующая неадекватность средств компенсации причиненного ущерба не может восстановить временную юрисдикцию Суда (см. Bleсiс v. Croatia [GC], no. 59532/00, § 77). Последняя должна определяться в совокупности с фактами, составляющими предполагаемое вмешательство, и, поскольку Суд не имеет возможности в силу принципа ratione temporis проверять доводы заявителей, относящиеся к событиям 1994 г., он не вправе также давать оценку, возникло ли у Российской Федерации в связи с этими событиями обязательство проводить эффективное расследование по настоящему делу (см.: Решение по делу Moldovan and Others v. Romania от 13 марта 2001 г.). Точно так же неспособность установить и наказать виновных не может считаться продолжающимся деянием, поскольку Суд не может заключить, что подобное обязательство существует (см.: Решение по делу Voroshilov v. Russia 8 декабря 2005 г.). Иными словами, если первоначальное нарушение (убийство) выходит за рамки компетенции Суда, то и волокита с его расследованием нарушением Конвенции не является.
Можно согласиться с Судом в том отношении, что в силу ratione temporis отпадает жалоба заявителей на нарушение ст. 10 Конвенции (право на распространение информации) убийством журналиста в 1994 г., когда Российская Федерация не была обязана учитывать это право (как, впрочем, не чувствует она себя им связанной и в настоящий момент). В отличие от ст. 2, которая допускает замену погибшего в качестве заявителя его ближайшими родственниками, ст. 10 не предполагает, что родственники журналиста могут претерпевать какие-либо страдания в связи с ограничениями свободы печати (см. Karner v. Austria, 40016/98, § 25, ECHR 2003-IX; Решение по делу Fairfield and Others v. the United Kingdom 8 марта 2005 г.). Соответствует практике и отказ от рассмотрения жалобы в части ст. 13; если отсутствует нарушение конвенционных прав, нельзя жаловаться и на лишение эффективных средств правовой защиты в связи с ним (см.: Постановление по делу Boyle and Rice v. the United Kingdom от 27 апреля 1988 г., § 52; Решение Meriakri v. Moldova, no. 53487/99, 16 января 2001 г.). Определенную тонкость проявил Европейский Суд, отказывая в рассмотрении жалобы на нарушение ст. 6 Конвенции со ссылкой на принцип ratione materiae: в решении указано, что суд над предполагаемыми убийцами не предъявлял родителям погибшего никаких обвинений и не определял их гражданских прав и обязанностей; следовательно, для Европейского Суда они никто. Жалобу родителей о невозможности получить возмещение ущерба секция отклонила, посоветовав им исчерпать предварительно внутренние средства защиты, не уточнив, о каких средствах можно говорить, если предполагаемые нарушители систематически оправдываются.
Приведенный в решении по делу Холодовых краткий обзор практики ЕСПЧ подкрепляет вывод секции о невозможности ставить государству в вину отсутствие расследования убийства погибшего журналиста, если последнему заткнули рот в период, когда Конвенция еще не регулировала деятельность российских властей. Однако в нем по каким-то причинам не нашло себе места интереснейшее Постановление ЕСПЧ по делу «Илашку и другие против России и Молдавии» (от 8 июля 2004 г.), где Суд пришел к противоположным выводам о применимости Конвенции к событиям, имевшим место задолго до присоединения к ней обоих государств-ответчиков. Как известно, заявители по этому делу – молдавские террористы, промышлявшие убийствами русскоязычных жителей, – были приговорены к смертной казни довольно сомнительным в смысле гарантий независимости и беспристрастности приднестровским судом в 1993 г. И хотя приговор не был приведен в исполнение, а один из подсудимых – Илашку даже переехал в Румынию, где ныне использует свое пассивное избирательное право в местном сенате, Европейский Суд признал обоих ответчиков ответственными за нарушение целого ряда конвенционных прав осужденных террористов, в том числе и права на жизнь (ст. 2).

QUOD LICET LOVI?

Суд указал, что Конвенция вступила в силу для Молдавии 12 сентября 1997 г., а для России 5 мая 1998 г., но сделал вывод, что для каждого государства-ответчика она должна применяться исключительно по отношению к событиям, имевшим место после ее вступления в силу. Поскольку приговор молдавским террористам был вынесен 9 декабря 1993 г., то, в частности, над жалобой на нарушение ст. 6 Конвенции они трудились напрасно. Однако с этой неудачей заявители, вероятно, смирились, так как в дальнейшем Суд стал рассуждать иначе, в том числе и в ответ на жалобу сенатора Илашку, который указывал, что вынесенный ему смертный приговор не отменен и в случае его поездки в Приднестровье его запросто могут поставить к стенке.
Хотя Суд и отметил, что возможность приведения приговора в исполнение является чисто гипотетической, однако не признал жалобу Илашку неприемлемой, а стал рассматривать страдания, причиненные ему и другим специфическим узникам совести, с точки зрения ст. 3 (запрет жестокого обращения). Самое существенное то, что в п. 408 Постановления Суд прямо устанавливает, что обладает юрисдикцией ratione temporis для рассмотрения смехотворных жалоб по ст. 2, хотя событие, лежащее в их основе, – смертный приговор 1993 г. – еще дальше выходит за пределы временной юрисдикции ЕСПЧ, чем убийство Холодова. При рассмотрении жалобы с точки зрения ст. 3 Суд, дав оценку всевозможным жестокостям приднестровских властей (в их число включено и лишение террориста Петрова-Попы услуг адвоката до 2003 г.), прямо указал в п. 431, что «беспокойство и страдания, причиняемые таким приговором, только усугубляют произвольный характер разбирательства, которое к нему привело, поэтому, учитывая, что речь шла о жизни, приговор таким образом становится нарушением Конвенции». Другими словами, последующая неадекватность, вопреки выводам секции по делу Холодовых, порой все-таки может восстановить временную юрисдикцию Суда. Особенно если обвинить Россию крайне необходимо по внешнеполитическим мотивам (российская поддержка Приднестровья давно является для Европы источником стойкого разочарования).
Убийства русских журналистов, хоть и волнуют генсека Совета Европы Терри Дэвиса, который намерен и впредь следить за ними с неослабевающим вниманием, вероятно, такого серьезного геополитического значения не имеют: что позволено в интересах ограничения влияния России на просторах СНГ, то не признается остро необходимым для поддержки российского гражданского общества. Жалеть об этом не приходится, поскольку хотелось бы, чтобы Европейский Суд воздавал всем сестрам по серьгам вне зависимости от того, являлся ли потерпевший гордостью своего далекого отечества или паршивой овцой, потеря которой не стала большой утратой для общества. Возможно, упомянутый в холодовском решении прецедент «Молдован и другие против Румынии» в какой-то степени объясняется неприглядным поведением потерпевших: в том полузабытом деле группа погибших в результате самосуда цыган была уличена местными жителями в убийстве подростка. Не исключено, что именно этим объяснялось уклонение властей от эффективного расследования обстоятельств трагедии. А поскольку она имела место до присоединения Румынии к Конвенции, то и Суд (та же первая секция, что исследовала жалобу Холодовых) без угрызений совести изобрел учение о том, что расследовать преступление надлежит с оглядкой на дату ратификации Конвенции, и теперь пожинает плоды созданного прецедента.
Интересно, что заявители по делу Молдован все же добились в Суде своего с помощью обходного маневра. Поскольку в процессе расправы над потерпевшими цыганами местные жители сожгли дом одного из них, это дало основание ссылаться на жестокое обращение путем лишения крыши над головой и нарушение права на частную жизнь, к которым румынские власти отнеслись со свойственным им равнодушием. И хотя в основе лежал все тот же погром 1993 г., это не помешало другой секции Суда (второй) удовлетворить требования безутешных и малоимущих цыганских родственников, взыскав в их пользу около 100 тыс. евро. Однако решения ЕСПЧ о неприемлемости не обжалуются, и можно только сожалеть, что пределы его временной юрисдикции то расширяются до бесконечности, то сужаются, подобно рабочему дню в «Илиаде», когда олимпийские боги дают героям возможность как следует подраться. Есть основания опасаться, что при таких условиях свободного времени у Терри Дэвиса скоро совсем не останется.

Николай ГОЛИКОВ


СЛЕДУЮЩИЕ СТАТЬИ "БА":

БА № 24, 2006 :: УЧАСТЬ ОБЩЕСТВА – В РУКАХ БЕЗУЧАСТНОГО УЧАСТНИКА?
БА № 24, 2006 :: ЖАН ПОЛЬ КОСТА – УМЕРЕННОСТЬ И АККУРАТНОСТЬ
БА № 24, 2006 :: СУДЬБУ «ГОНОРАРА УСПЕХА» РЕШИТ КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД
БА № 24, 2006 :: СПОРЫ ОБ ИНТЕРЕСАХ ПРИВОДЯТ К ЗАБАСТОВКАМ
БА № 24, 2006 :: ГОСУДАРСТВО И ОБЩЕСТВО ПОД «КОНТРОЛЕМ» АДВОКАТУРЫ
БА № 23, 2006 :: АДВОКАТУРА В КОЛЬЦЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ
БА № 23, 2006 :: АДВОКАТСКИЙ БИЗНЕС НА РЫНКЕ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ
БА № 23, 2006 :: ЗАГОВОР ПРОТИВ СЕБЯ?
БА № 23, 2006 :: НАЛОГОВОЕ АДМИНИСТРИРОВАНИЕ ДЛЯ АДВОКАТОВ
БА № 23, 2006 :: ДОБРОСОВЕСТНЫЙ ПРИОБРЕТАТЕЛЬ ДЛЯ РЕСТИТУЦИИ НЕ ПОМЕХА?
БА № 22, 2006 :: АДВОКАТУРА ВО ФРАНЦИИ
БА № 22, 2006 :: ПЕНСИЯ В НАСЛЕДСТВО
БА № 22, 2006 :: ВОКРУГ ПАЛЬЦА ЧЕРЕЗ ТРАСТ
БА № 22, 2006 :: ВАКУУМ ВЛАСТИ В АДВОКАТУРЕ ЗАПОЛНЯТ ЧИНОВНИКИ
БА № 22, 2006 :: СПОР ПО НОРМАТИВНЫМ АКТАМ, УТРАТИВШИМ СИЛУ
БА № 22, 2006 :: ПОПРАВКИ С ЗАПАСОМ
БА № 22, 2006 :: КОМПЕНСАЦИЯ РЕПУТАЦИОННОГО ВРЕДА: ТОРГ НЕУМЕСТЕН
БА № 21, 2006 :: АМЕРИКАНЦЫ ДОВЕРЯЮТ АДВОКАТАМ МЕНЬШЕ, ЧЕМ ПРЕЗИДЕНТУ БУШУ
БА № 21, 2006 :: СМОЖЕТ ЛИ БИЗНЕС-АДВОКАТУРА ВЫЙТИ ИЗ ТЕНИ?
Еще статьи »

Любой из материалов, опубликованных на этом сервере, не может быть воспроизведен в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.


© Домашний адвокат, Москва, 2011 г.
Email: info@bestlawyers.ru
Разработка сайта:
ВебСервис Центр